Публикации

И. Юргенс. Газ на вдохе, нефть — на выдохе

By 23.01.09 27 января, 2021 No Comments

«Российская газета» публикует статью председателя правления Института современного развития И. Юргенса.

Думаю, мы выиграли пропагандистскую «битву» с украинцами за европейский транзит. Теперь ничего не замолчишь, ведь и в России, и в Украине пока находятся наблюдатели ЕС, которые отслеживают ситуацию.

Но сам факт, что в условиях суровой зимы в Европе не сумели оперативно договориться с Украиной и обеспечить бесперебойный транзит российского газа, грозит нам серьезными проблемами. В этих условиях не мытьем, так катаньем Европейский союз, а возможно, и стоящие с ним плечом к плечу Соединенные Штаты могут поставить территорию Украины под свой контроль. Сначала под предлогом присмотра за газовыми трубами, а там недалеко до интеграции в ЕС, а затем и в НАТО.

В 1994 году Россия подписала Договор Энергетической хартии, который вступил в силу в 1997 году. Но все это время наша страна применяет его на временной основе, то есть так и не ратифицировав. Почему? Напомню, что документ состоит из трех частей. В первой прописаны принципы мировой торговли газом. Здесь нас все устраивает, поскольку в основе лежат правила торговых отношений, которые разработаны Всемирной торговой организацией. Вторая часть касается инвестиционных процессов. У нас нет с этим больших проблем, хотя наши «горячие головы» поначалу опасались этой части, поскольку там есть положение о компенсации за национализацию.

И, наконец, третий раздел — транзитный. В сегодняшней ситуации он нас очень бы выручил. Документ предусматривает, что ни при каких обстоятельствах — спорах о ценах, политических «ссорах», непонимании — транзит не прекращается. Украина, которая ратифицировала Договор Энергетической хартии, нарушила ее многократно. Если бы и Россия была в зоне хартии, то с Украиной разбиралась бы не наша страна, а потребитель топлива — Европейский союз. И нынешний газовый конфликт был бы просто внутренним судебным делом ЕС со страной-транзитером. Не надо было бы звонков на уровне премьер-министров, создания комиссии наблюдателей и созыва саммита.

По иронии судьбы Энергетическая хартия не ратифицирована Россией именно из-за разногласий по транзитному протоколу. Дело в том, что сейчас территория стран ЕС рассматривается европейцами как единое пространство. И при пересечении границы Евросоюза газовые потоки, по сути, уже не считаются транзитными. Но договоры-то у России двухсторонние с конкретными странами. Возникнет конфликт, а протокол уже не действует. И разбираться придется по внутреннему законодательству ЕС. Проблема, конечно, есть. Но назовите мне хоть один случай, когда у нас была проблема с Германией, Францией при перекачки нашего газа через их территории.

Думаю, было бы полезно вернуться к этому вопросу, чтобы в дальнейшем обезопасить себя от подобных конфликтов. Но уж если мы так твердо стоим на позиции — не входить в хартию, то надо оперативно разработать иные механизмы, которые обеспечили бы безопасность российского транзита.

Международный консорциум и безотзывный аккредитив, которые не были востребованы, смогли решить только часть проблемы — вопрос снабжения трубопроводной системы Украины техническим газом и компенсации за несанкционированный отбор топлива. Конечно, я прекрасно понимаю, что наш украинский сосед — очень трудный партнер. И поэтому сейчас, учитывая сложившуюся ситуацию, нам необходимо проявлять максимум гибкости, мудрости, ловкости и хитрости. И не допустить, чтобы безопасность транзита с территории Украины контролировалась Евросоюзом или другими третьими силами. Иначе мы проиграем одну из важных тактических, а может, даже и стратегических битв, за которой могут последовать и другие, приводящие к изоляции России и ее ослаблению.

В мире, поверьте, немало «политтехнологов», которые всегда готовы воспользоваться моментом, когда наша страна попадает в сложную ситуацию, чтобы «показать ей ее место». Например, как можно дольше держать цену на нефть в диапазоне 30-35 долларов за баррель. Это будет приносить значительный ущерб российскому бюджету, который обременен серьезными социальными обязательствами.

Вспомните закат эпохи Горбачева, развал СССР. Тогда тоже цены на нефть резко упали, и государство практически осталось без средств к существованию. Кстати, в бюджетах Норвегии и Саудовской Аравии заложена годовая цена нефти примерно 30 долларов за баррель или чуть больше. Для нас это очень плохой знак. Например, у саудовцев себестоимость добычи нефти на некоторых самых легких скважинах составляет всего 8 долларов. На тех, которые для них посложнее, — 18 долларов. Вот их прибыль. Они прекрасно выживают при 35 долларах за баррель. А в России на некоторых скважинах себестоимость нефти доходит до 70 долларов за баррель. Вот и считайте наши потери.

Но это только начало. Потом наносится главный удар — мировые технологические игроки, обиженные российскими олигархами или властью, делают все, чтобы не передавать России новые технологии.

И вот мы замерли с дешевой нефтью, с нашими технологиями и невозможностью что-либо купить, чтобы запустить механизмы роста. Прибавить к этому еще несколько конфликтов вокруг трубопроводов или, к примеру, антиракетных щитов.

Есть ли у нас возможность противостоять такому сценарию? По силам ли нам это? Для начала давайте реально оценим свой потенциал и займемся наведением порядка в собственном доме. С чем наводить порядок? Президент Дмитрий Медведев абсолютно ясно сказал в своих предвыборных речах: четыре «и» — инвестиции, инновации, институты, инфраструктура. А пятое «и» добавлено уже потом — интеллект. Это также и борьба с коррупцией, создание атмосферы, когда общество и власть работают вместе и доверяют друг другу. Когда между ними есть институциональные посредники в виде партий, общественных организаций. Где идет диалог. Вы такой диалог чувствуете? Думаю, не так много людей ответит на этот вопрос положительно. Разве только те, кто профессионально занимается политической и экономической аналитикой. А на уровне простого гражданина — диалога практически нет. Зато есть определенное отчуждение, подозрение в том, что из кризиса опять выходим по методу фаворитизма — своим поможем, а остальные пусть выплывают как угодно. Хотя это далеко не так. Более информированные люди знают, что власть предпринимает очень большие усилия для того, чтобы выйти из кризиса достойно, а не только с любимчиками. Но в магазин зайдите, с таксистом поговорите, на предприятии побывайте, где прошло 30-процентное сокращение персонала. Там вам другое расскажут. И не только про кризис, но и про всю власть. Вот в чем наша самая главная слабость. Даже когда предпринимаются важные и нужные шаги, у власти должна быть массовая поддержка в обществе. Вот о чем надо задуматься. Тогда вопрос, как противостоять возможным «тихим заговорам против России», будет иметь смысл. И его можно обсуждать. А сейчас надо не противостоять, а сотрудничать. Какие-то свои интересы, безусловно, жестко защищать. А с кем-то дружить, искать партнеров. Но не по всем азимутам и не сопротивляясь всем сразу.

Что меня сегодня тревожит больше всего? Я вижу, что в стремлении к диалогу, к прозрачности принятия решений, к единению первые лица государства демонстрируют максимальную активность. Мы видим и президента, и премьера все время на каких-то встречах и с трудовыми коллективами, и в поездках. Не уверен, что им показывают все самое тяжелое. Но, знаю точно, что они прекрасно знают истинное положение вещей, потому что начинают свой рабочий день с Интернета.

Но дальше — тишина. С нашей огромной бюрократией не происходит никакого диалога. Я как житель Москвы могу вам сказать, что диалог с властью на местах от супрефекта и выше — это диалог глухого со слепым. Натыкаешься на непробиваемую стену: «А я вам ничего не должен!». Должны! Все эти чиновники живут на налоги, которые мы платим. И к этой ответственности их надо не призывать (все равно бесполезно!), а приучать. Для этого нужны свободные дискуссии на телевидении, в печати. Все мы — от бедных до богатых — должны почувствовать себя единым народом. Не в смысле идеологии, а по жизни. То есть увидеть, что мы вместе выходим из кризиса и переживаем возникшие лишения — и губернатор, и самая малообеспеченная семья в его регионе. Каждый человек должен почувствовать, что его слышат, что он не остался один на один со своими проблемами.

https://rg.ru/2009/01/23/yurgens.html