Комментарии

В мире санкций: тренды и ожидания

By 03.04.21 5 апреля, 2021 No Comments

С приходом новой администрации США западные аналитические структуры чаще стали выдавать прогнозы динамики новых санкций и расстановок в списке обоснований для их введения. Причем с охватом рестрикций не только американских, но и западных в целом. В особенности касательно России и Китая — вместе с некоторыми традиционно ведущими адресатами. Возьмем пару самых свежих материалов известных «мозговых центров».

В самом конце марта британская Oxford Analytica предложила компактный обзор повышения динамики использования Западом инструментария точечных санкций (Western use of targeted sanctions is intensifying) за последние двадцать лет. По ее прогнозам, применение точечных финансовых и торговых санкций, а также ограничений в передвижении будет расширяться.

Лидером здесь остаются Соединенные Штаты, за которыми продолжит идти Европейский союз. Правда, Вашингтон постарается отойти от сложившейся при Д. Трампе традиции увязывать санкции с миграционными потоками из их объектов. Также отмечается растущее давление на Белый дом с тем, чтобы там внимательнее поразмышляли над будущим санкций против Венесуэлы: пока ограничения привели к ухудшению экономического положения страны, но не к подрыву устоев нынешнего режима. Наконец, предполагаются дальнейшие санкции против России с обвинениями в применении химического оружия, а также против Китая из-за утверждений о нарушениях прав уйгуров и о свертывании демократических свобод в Гонконге.

Рисуемые перспективы вполне укладываются в тренды нынешнего века. С 2000 г. количество двусторонних и многосторонних зафиксированных санкций возросло. Правда, их пик приходится на 2014 г. с небольшим снижением позже. Тем не менее, список ежегодно вводимых санкций в 2015—2019 гг. заметно длиннее, чем в нулевые.

При этом в ранжире мотивов введения санкций с начала века лидерство остается за нарушениями прав человека и, с небольшим отрывом, за наступлением на демократические свободы. Заметно отстают обвинения в развязывании войны, терроризме и требования погасить военный конфликт.

Что касается ограничения передвижений и финансовых санкций, они и так опережали другие конкретные виды с 2000 г. Опять-таки, выйдя на пик в 2014 г. (более 500 и 400 соответственно) с некоторым снижением позднее. А вот торговые санкции вводились заметно реже.

По всей видимости, темы прав человека и демократических свобод в пакете обоснований останутся ведущими. Не удивительно, что в своих прогнозах британские аналитики уверены: при любом варианте развития событий вокруг Ирана американцы не станут отказываться от санкций из-за нарушения там прав человека. По всей видимости, имеется в виду даже должное выполнение Тегераном условий «ядерной сделки» (свертывание ядерной программы в обмен на отмену санкций).

А как же упоминание химического оружия по санкциям против Москвы? Здесь обратимся к Центру за новую американскую безопасность (Center for New American Security), расширившему влияние с победой Дж. Байдена. 1 апреля Центр выпустил очередной материал из серии Sanctions by the Numbers — «Фокус на правах человека и коррупции» (Spotlight on Human Rights and Corruption). Поясним, что Центр один из немногих ведет отдельное направление по санкциям, скрупулезно их отслеживает и предлагает рекомендации.

В этом материале авторы рассматривают период с 2009 г., с начала президентства Б. Обамы, и размышляют об эволюции политики Вашингтона при правлении демократов и республиканцев. Предлагая кривую санкций из-за нарушений прав человека, к которым в пакете добавлена и коррупция, они объясняют пришедшийся на 2017 г. пик количества санкций на правозащитном треке преимущественно обвинениями сирийцев в использовании химического оружия против гражданского населения.

По предположениям Центра, администрация Дж. Байдена продолжит широкое использование санкций в качестве инструмента внешней политики и «реакции экономическими методами» на нарушения прав человека и глобальную коррупцию. Помимо России, это относится и к Китаю, который здесь Вашингтон прежде особо не трогал — в отличие от России. До 2020 г., когда началось жесткое противостояние в Гонконге, а также вспомнили о правах человека в западном Китае. Поэтому вероятная кривая количества ограничений будет покруче с учетом «низкого старта» Пекина.

Повышенный интерес к санкциям в контексте прав человека и демократических свобод, особенно на российском и китайском направлениях, скорее всего, сохранится. По целому ряду соображений. Не забудем поднимающуюся волну официальных заявлений в Вашингтоне и других западных столицах по поводу нарастающего конфликта между «демократической» и «авторитарной» моделями управления. Вместе с этим не нужно забывать о недавнем включении России и Китая в Совет по правам человека ООН и скором возвращении туда Соединенных Штатов. На этой площадке предстоят нарастающие баталии со взаимными обвинениями. Они вполне могут стать дополнительным катализатором, чтобы изложенные выше прогнозы оказались близки к действительности.